Сердце

Сексуальная медсестра
В больницу меня привезли с пляжа. То ли я перегрелся, то ли много курил, то ли засмотрелся на женские прелести, которые повсеместно выставлялись напоказ. Помню, что кольнуло сердце, закружилась голова, я шагнул к воде, чтоб охладиться, но не дошел, а упал. Очнулся уже в машине, "скорая" везла меня в кардиологический центр.

Мне сделали несколько уколов, сняли кардиограмму, поставили диагноз “непроникающий инфаркт” и уложили в палату, где я сразу и уснул. Проснулся утром. Молодая врачиха, лет двадцати пяти, делала обход. Еще четверо мужиков, которые лежали на соседних койках, влюблено смотрели в ее большие, серые и добрые глаза. Я тоже немного посмотрел в них, когда она подошла ко мне, а потом перевел взгляд на полную грудь, тонкую талию, длинные ноги, которые нагло торчали из-под короткого халата.

Она проследила за моим взглядом, уселась на табуретку, которая стояла рядом с кроватью, и закинула ногу на ногу, мол, любуйся, не жалко! Если она хотела меня смутить, то просчиталась, плевать я хотел на ее добрый взгляд! Мне больше нравятся страстные глаза, поэтому я разглядывал ее обнаженную ляжку. Она слегка кашлянула, я поднял глаза, она приветливо улыбнулась.

—Если вы уже закончили осмотр, разрешите мне.
—Извините, — пробормотал я, якобы смущенно, — но я бы посмотрел еще.
Она укоризненно покачала головой.
—В другой раз, а теперь снимайте рубашку.

Я стащил с себя рубашку, там тоже было на что посмотреть, недаром я уже три года занимался культуризмом! Она это оценила, слегка постучав своим маленьким кулачком по моим грудным мускулам. Они слегка заиграли, перекатываясь под кожей. Она, вдев в уши трубки стетоскопа, стала слушать сердце.

—Пульс учащенный, шумов нет, надо сделать “эхо”, а потом подойдете ко мне.
Она выписала направление и ушла, покачивая аппетитными ягодицами.
—Она что-нибудь соображает? — спросил я у соседа. — Молодая очень.
—Ты чего? Да к ней все стремятся попасть! — искренне удивился тот.
—Я бы тоже не отказался к ней попасть, но не с сердцем, думаю, что и у остальных те же причины, — ответил я.
—Между прочим, у нее и женская палата, так тут до скандалов доходит, все бабы хотят лечиться только у нее. Она стольких на ноги поставила, а ты просто кобель!
—Ага, а вы тут евнухи! — не поверил я в его искренность.
—Чего с тобой говорить, полежишь, сам все увидишь! — он махнул рукой и отошел к остальным сердечникам, которые собрались вокруг стола, чтоб забить “козла”.
Я пожал плечами и отправился делать “эхо”. Туда я попал только после обеда.

Тетка лет сорока уложила меня на белые простыни, намазала какой-то дрянью и стала водить холодной штукой по груди, диктуя помощнице свои наблюдения. Для меня это было сплошной тарабарщиной, поэтому я постоянно косился на экран.
—Опусти штаны, — приказала мне врачиха.
Я опустил.
—Ниже.
Я опустил ниже, хотя плохо понимал, для чего. Но ей и этого показалось мало, она велела мне приподнять задницу, так и сказала, а потом сама опустила мои штаны до колен.
—Это зачем? — поинтересовался я.
—А чтоб ты спрашивал, — последовал невежливый ответ, и ее холодная штука, стала скользить слева и справа от моего лобка. —
-Аденома и импотенция ему не грозит, — сообщила она той, которая записывала. — Ему бы в стритиз-баре работать, а он тут прохлаждается. Вставай, ты свободен, — сказала она мне.
Я водрузил штаны на место и направился к двери. Едва выйдя оттуда, я столкнулся со своей молодой докторшей.
—Сделали? — приветливо спросила она у меня.
—Ага, сказали, что аденомы и импотенции нет, — пожал я плечами.
—Кажется, это вас расстраивает?
—Нет, это меня радует, но причем здесь сердце?
—Все органы связаны друг с другом, вам еще и печень проверили. Сейчас я заберу результаты, а после ужина зайдете ко мне в ординаторскую, когда сестра закончит делать уколы. Я сегодня дежурная, вот и займусь вами, когда все здесь успокоится.
— Спасибо, — поблагодарил я...

После ужина я сидел в коридоре и делал вид, что читаю книгу. Сам же рассматривал местных обитательниц. Сестра меня не заинтересовала. Ей было уже под пятьдесят, а местные больные с женского отделения были излишне толстые. Поэтому я ждал своего свидания с врачихой, Дарьей Дмитриевной. Наконец, были сделаны все уколы, и вскоре она прошла в ординаторскую. Я захлопнул книгу, и отправился вслед за ней. Постучав, я открыл дверь и поблагодарил себя за поспешность, иначе бы я не увидел, как она подтягивает чулок. Она инстинктивно отвернулась от меня, покончила с чулком и спросила:
—Что скажете?
—У вас трогательный зад, — честно признался я.
—Как это зад может быть трогательным? — удивилась она.
Я подошел, положил ей руку на зад и ответил:
—Потрогал, вот он и стал трогательным.
—Ты что, больной? — покраснев, спросила она.
—Это вам решать, — ответил я.
—Я тебя выпишу!
—За что?
—За нарушение режима!
—Выписывай, — согласился я и, притянув ее к себе, впился в ее губы.
—Дурак, дверь! — вырвалась она.
Я подошел к дверям и отпустил предохранитель замка, затем поставил его на стопор.
—Теперь нам никто не помешает, — я стал приближаться к ней.
—Не надо, - сказала она, но тут же сделала шаг навстречу и обвила мою шею руками.

Я уложил ее на стол, поднял вверх ее длинные ноги и стянул трусы. Опустил свои шаровары и стал делать... ну, в общем, если это делается пальцами, то врачи говорят пальпация". Но так как я запустил ей между ног не палец, то сами придумайте название для этого занятия. Белый халат, черные чулки, черный треугольник на ее лобке, бордовые губы и широко раскрытые глаза, в которых было так много всего! Желание, страсть, страх, стыд и ласка. Да, в ее глазах было все это сразу. Не знаю, как она могла выразить все эти чувства своими гляделками, но она смогла! У моего лица маячили ее туфли, сама она при каждом моем нажатии отодвигалась к стене, я подтягивал ее назад и снова давил. Иногда она приподнимала голову и пыталась рассмотреть, что происходит между ее ног. Судя по всему, это ей нравилось, потому что, когда я, кончив, отпустил ее, она даже не спешила опустить ноги, я отошел на шаг назад и какое-то время любовался этим положением. Наконец она спрыгнула на пол и, одернув халат, стала искать трусы, которые я откинул в сторону. Уже не отворачиваясь от меня, она скинула туфли и водрузила их на нужное место.

—Открой дверь, а то подойдет кто-нибудь, разговоров не оберешься.
Я открыл дверь, вернулся к ней и откровенно просил:
—Ты специально позвала меня в это время?
—Наверное, да! — призналась она. — Когда назначала, я еще об этом не думала,
наверное, засело где-то в подсознании.
Не могу больше, каждый день работа, работа, работа! Домой около двенадцати являюсь. Два часа езды, я ведь все же баба.
—Постой, ты что, еще где-то работаешь?
—Здесь же и работаю, у меня еще и наука! Скоро кандидатскую защищать.
Так мне ее жалко стало, что я, не выходя из кабинета, предложил ей руку и свое больное сердце.
—Сердце у тебя в порядке, курить надо бросить, — улыбнулась она. — За предложение спасибо, но не люблю, когда меня жалеют!
—Жалеют? Сдалась ты мне, я себя жалею! — но в это время в двери заглянула сестра и позвала ее в приемную: привезли очередного инфарктника.

Второй раз я заглянул к ней уже после двенадцати, она не спала, а пила кофе. Молча, достала вторую чашку, налила и мне. Мы попили кофе, и я, молча, отправился к дверям и закрыл их. Она, так же молча, расстегнула халат и кинула его на спинку стула, затем последовало и все остальное, вот уж где мы отвели душу! Я ей намекнул, что у нее красивый ротик, она не стала жеманничать, говорить, что никогда раньше не пробовала, а тут же встала на колени и показала, на что она способна! Затем...

Не буду рассказывать, как я полгода ездил в эту долбанную больницу, как приносил сам и присылал ей цветы. В конце концов, я добился своего. Теперь она моя жена. Хотя денег в доме хватает и даже остается, но мне никак не удается заставить ее раньше приходить домой с работы. Единственное, на что она соглашается, так это надеть белый халат и черные чулки, улечься на стол и поднять вверх ноги, как тогда, в первый раз...

Зато за свое сердце я спокоен, вскоре она защитит свою кандидатскую, будем чаще видеться, хоть она и упирается, говорит, что очень любит своих больных. Тогда я ей напоминаю, что являюсь одним из них, и мы сразу же начинаем целоваться...

Похожие новости

    Половой гигант

    Половой гигант
    Он тут-же опустил свои спортивные штаны, трусов на нем не было, и, немного поласкав меня пальцами, всадил в меня свой вертел! Я не зря говорю про вертел, он показался мне таким горячим! Наш половой

    Чужой парень

    Чужой парень
    Чтоб было удобнее, я перекинула одну ногу через него и оказалась сверху. Он опустил трусы и помог мне насадиться на его направленную вверх “ракету". Я давно была готова к полету, а моя ракетная шахта

    Одна большая семья

    Одна большая семья
    Потом поманил к себе пальцем, и она стала делать ему минет. Он поманил пальцем свободного мужика, и тот пристроился к журналистке сзади. Так что номер у той не прошел.

    Большой размер

    Большой размер
    Он слегка прикоснулся к моим губам своими губами. Потом по очереди поцеловал каждую грудь и, опустившись на колени, стал целовать мой пупок, лобок, а потом и вторые губы. Судя по всему, они

    Боль или случайный секс

    Боль или случайный секс
    Она достигла оргазма издав целый ряд громких стонов. Он продолжал мучить ее клитор, пока ее стоны не переросли в тяжелое дыхание. Затем он встал и посмотрел вниз на ее голое тело. Оно было очень
Комментарии отсутствуют. Вы можете добавить первый!

Добавить комментарий

Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Статьи
На обед минет

На обед минет

Каждый уважающий себя и свой детородный орган мужчина с эмбриональной уверенностью полагает, что занятия оральным сексом хороши в любое
Подробнее
Сладкая месть

Сладкая месть

Я, довольная, быстренько трусы сняла, в кресло уселась, муж подружку мою заклятую догола раздел, она на колени бухнулась и стала у меня
Подробнее